Проверьте ваш почтовый ящик! Check your mailbox!
Сегодня

5 декабря: апостолов Филимона и Архиппа и мученицы Апфии; священномученика Иоасафа, епископа Могилёвского ...

Содержание
Главная Nota Bene! Читаем Евангелие Библиотека православная Аудиоматериалы Искусство с мыслью о Боге Для детей и родителей "Врата Небесные" Задать вопрос священнику Словарь Православия Фотогалерея
История Церкви Сестринское служение Иконы Богородицы Память угодников Божиих
Дарога да святыняў Ютубканал
Архив Dei Verbo Контакты «Поддержите наш проект!»
Рекомендуем


Страстная пятница: опустела без Тебя земля


Какая-то лёгкая Страстная, – подумала я по дороге в монастырский магазинчик за куличом. – Никаких тебе особых подвигов, дома всё тихо, на работе тоже без авралов, и слава Богу! Странно как-то даже, особенно памятуя Страстную в прошлом году».

Бегу за куличом, с лёгкой тоской вспоминая декретные времена, когда в Чистый четверг встала в пять утра, месила тесто, повторяя «Богородице Дево, радуйся…», потом бежала на службу, потом подошедшие куличи отправляла в духовку и отмывала окна, полы, детей. Теперь работаю полную пятидневку и… окна помою потом, когда-нибудь. А куличи в монастыре явно не хуже меня пекут. Солнце яркое-яркое проснулось, хотя ещё так пронзительно-холодно. И вдруг, совершенно осязаемо, реально становится так, как пелось в песне, и сама собой меняется на заглавную буква «Т»:
Опустела без Тебя Земля…
Как мне несколько часов прожить?

Вот и всё. Стал понятен пронзительный холод под ярким солнцем. Прекрасная, богатая Земля, какой пустой ты стала вот так, вдруг. И я ощущаю острейшую потребность как-то прожить несколько часов – до завтрашнего вечера, до службы. 

Вечером дома закручивает водоворот предпраздничных дел, которые за меня никто не сделает, и выталкивает в ураганчик детских капризов… Слава Богу за то, что всё это у меня есть, и… так заметно терние моих прегрешений... Если честно – закипаю, вот-вот сорвусь и начну орать на всех подряд, оправдывая себя усталостью, Страстной пятницей... Муж осторожно просит меня угомониться и отдохнуть, а я вспоминаю, что обычно в таком загнанном состоянии – молюсь.

Так, стоп! Молиться прямо сейчас – Кому?! Господу, Который в эти самые часы в страшных муках умирает на кресте ради спасения меня, грешной, в том числе? Матери Божией, Которая рыдает о своём сыне? Вот оно, секундное, одномоментное ощущение богооставленности. Вряд ли, конечно, даже умирая, Бог оставил бы меня, ведь сказал же Он умирающему рядом с Ним на кресте разбойнику: «Ныне же будешь со Мною в Раю». Но мои домыслы склоняют меня к сомнениям, смею ли я в такие моменты тревожить Их своими прошениями… и рассказываю об этом мужу. Он терпелив и понимающе кивает мне, призывает держаться и не унывать. А может быть, вся эта взбудораженность – защитная реакция перед пустотой, в которую тотчас же погружается мой рассудок, стоит мне остановиться на мгновение? Совсем чуть-чуть осталось, и – Пасха.
Но впереди ещё раннее субботнее утро, погребение. Промежуточная станция, отчаянная скорбь, которая хороша (если, конечно, можно так выразиться) только тем, что прекращает собой эту невыносимую пустоту, звенящую в словах «Элои! Элои! Ламма савахфани?»

И я иду разделить эту скорбь хотя бы одной молекулой себя, если ещё осталась какая не до конца очерствевшая. В пять утра, провожаемая нежным, сочувствующим взором мужа. Бегу, бегу к Тебе, Боже, к Матери Твоей, воздохнуть о Тебе рядом с Ней и осмелиться, попытаться прожить всё сердцем – в гомеопатической дозе, по силе своей, точнее – по немощи. Очень хочу стать живее, честнее, Матерь Божия, ты ми помози

Прихожу и стою рядом ногами, но душою – вне, и это всё, что я Тебе могу предложить сегодня в благодарность за Твою жертву. Силой возвращаю к Тебе мои мысли, стыдя и укоряя себя, но всё равно они убегают, направляются к подготовке праздничного стола, встрече гостей, организации посещения всенощной детьми… Ладно-ладно, говорю себе, не ври. Тебе бы сфилонить, а причину найдёшь.

«Но-о-оги боля-я-ят!» – ноет помысл. И действительно, болят ноги, зверски. «Пошёл вон!» – говорю ему и стою дальше… 

«Господи, к Тебе сердце моё прилепи! Сохрани, удержи рядом с Собой». 

Несколько раз так было. Но по истечении двух с половиной часов всё-таки тихо ухожу – в очередь за мясом: уже приехала фермерская машина, привезла свинину… надо же гостей встретить, угостить чем-то. 

Ухожу, а самой тошно, потому что гнилость моего поступка смердит… Я просто не справляюсь с происходящим. Я
немощна, Господи, мне проще спрятать глаза, отвернуться, пойти жить, как раньше, как все. Мне проще убежать за мясом, которого не покупала с фермерской машины, которую нахваливают все соседи, да и вообще, свинину ненавижу… 

Там очередь. И вдруг – колокола. Плащаницу вынесли для погребения, я совсем чуть-чуть не дождалась… Не утомительна для меня служба; я просто не вынесу этого – стоять рядом и кровоточить душой. Потому иду покупать свинину, это кажется более простым. Кстати, и более простым, чем находиться дома с семьёй несколько часов до пасхальной всенощной.

Это иной срез жизни… Не стану описывать подробностей, но я тысячу раз пожалела о своём уходе со службы. Преимущество нахождения там, пусть и с болью – в душе и в ногах, настолько наглядно и очевидно, что муж, слушая мои откровения, говорил, как ему даже слушать страшно было об этой очереди.

Килограмм свинины я всё-таки домой принесла. А с нею – и тоску о своём «побеге» с погребения. Впереди – всенощная, впереди – счастье подойти к Чаше всей семьёй, впереди – Светлая седмица, проведённая совсем не так, как планировалось, но всё это ещё впереди. А сейчас – осознание и принятие немощи, неправды, непотребства. И ведь такую, Господи, Ты меня любишь. А я могу стучаться сердцем в двери Царствия Твоего: «Но яко разбойник, исповедаю Тя, Христе: помяни мя во Царствии Твоем». 

И тут же пугается, вздрагивает сердце, устроенное по-адски: как уцелеть? Бог-то двери откроет; а жить там как?
Слава Богу, есть пока время потренироваться.
Татьяна МАРУКОВИЧ



к содержанию ↑
Рассказать друзьям:

Друзья!



Наш портал — не коммерческий, а духовно-просветительский проект.
Мы стремимся сеять разумное, доброе, вечное в мире, где немало скорбей и проблем. Далеко не все из них можно решить с помощью денег. Порой спасает слово, порой книга, вовремя полученная информация. Устное или печатное слово способно нежданно тронуть до глубины души, перевернуть всю жизнь и заставить поверить в Бога,  может возродить и укрепить веру, найти для себя смысл жизни. И всё — благодаря опыту других людей, которые искусно описали то, что пережили и поняли сами.


Если Вам по душе то, что мы делаем, — поддержите нас! Помогите сохранить в мировом интернет-пространстве два по-своему уникальных православных сайта. И помолитесь за упокой души основателя портала — раба Божия Андрея.