Проверьте ваш почтовый ящик! Check your mailbox!
Сегодня

3 июля: святителя Мины, епископа Полоцкого; мучеников Инны, Пинны и Риммы; Моденской (Косинской) иконы Божией Матери ...

Содержание
Главная Nota Bene! Читаем Евангелие Библиотека православная Аудиоматериалы Искусство с мыслью о Боге Задать вопрос священнику Словарь Православия Фотогалерея
История Церкви Сестринское служение Иконы Богородицы Память угодников Божиих
Дарога да святыняў Ютубканал
Архив Dei Verbo Контакты
Рекомендуем


Церковное пение — это крылья молитвы


Никогда не забуду, как моя тётушка, возвращаясь с утренней Литургии, восхищалась пением церковного хора и называла его «крыльями молитвы». С годами я поняла, что она права: нет ничего красивее пения на клиросе… А когда слышишь мужской хор минского Свято-Петро-Павловского собора, то чувствуешь, как через музыку льётся искренняя молитва ко Господу, заполняя собой всё твоё грешное существо. И вдумываясь в смысл текстов, хочется стать чище душой, милосерднее, добрее… хочется любить…
 
Мужским хором Свято-Петро-Павловского собора более семи лет регентует Наталья Георгиевна, жена протодиакона этого же храма Максима Логвинова. В их семье подрастают четверо детей; ребята хорошо учатся в школе, в том числе и музыкальной, как и родители, прекрасно поют. Кстати, старшая дочь уже поёт в смешанном хоре Петро-Павловского собора. Пока рано говорить, пойдут ли сын и дочери по стопам родителей, но матушке Наталье и отцу Максиму хочется прежде всего, чтобы дети стали добропорядочными христианами. Если у них будет вера и любовь к Церкви, то никакая мирская профессия не разлучит их с Богом, не уведёт из храма.
 
Матушка Наталия Логинова и певчие хора
 
Матушка Наталья — женщина изящная и очень красивая, но с твёрдым характером, хотя и признаётся: ей ещё сложно сказать по сути жёстко, а по форме мягко. В нашем разговоре Наталья Георгиевна как человек православный была искренней и благодушной.
 
— Почему вы решили стать именно регентом, а не дирижёром, например, академического хора?
 
— Мой папа и оба дедушки были священниками, естественно, я не мыслила своей жизни вне Церкви и не представляла, что могу заниматься светской деятельностью. Музыку я с детства обожала (окончила музыкальную школу), да и вообще была натурой творческой, поэтому видела себя во взрослой жизни только регентом. А так как дедушка жил в Питере, то поступила в Санкт-Петербургскую духовную семинарию на регентское отделение. Там познакомилась со своим будущим мужем Максимом Логвиновым. После четырёх лет учёбы, в 1997 году вернулась в Минск и поступила на службу в Петро-Павловский собор. В храме тогда был лишь смешанный хор, которым руководила регент Елена Дихтиевская. Я организовала молодёжный. В его состав вошли студенты и выпускники консерватории, музыкального училища имени Глинки, культпросветучилища (ныне университет культуры). Максим после окончания духовной семинарии сначала пел в хоре и исполнял обязанности уставщика и чтеца. Мы поженились, вскоре он был рукоположен в диакона. Пока не родилась наша старшая дочка, я руководила молодёжным хором и читала на клиросе, а отец Максим служил в алтаре.
 
— Матушка Наталья, а как случилось, что вы стали руководить мужским хором?
 
— После трёх декретных отпусков всегда возвращалась в молодёжный хор. Собственно, восемь лет назад, после рождения Настеньки, собиралась поступить так же. Но на праздник Сретения Господня срочно понадобился ещё один хор. В нашем соборе много поющих и музыкально грамотных священнослужителей, и отцы обрадовались предложению поучаствовать в службе в качестве певчих. Меня попросили возглавить новый коллектив. В 2008 году на Сретение поющие батюшки — отцы Иоанн Задорожин и Георгий Фельдшеров, диакон Максим Логвинов, будущий священник Сергий Орлов — и несколько певчих нашего храма прекрасно справились с поставленной задачей. Так образовался наш мужской хор. Когда регент Ирина Денисова (ныне матушка Иулиания) ушла в монастырь и там организовала хор, то за ней последовали почти все её певчие из Петро-Павловского собора. Правда, о нас не забывали, помогали окрепнуть, стать на ноги, за что ей и многим хористам спасибо. Некоторые из них и по сей день поют и в нашем храме.
 
Как вы понимаете, пение в хоре не было первостепенной задачей батюшек. Они не всегда могли собраться на спевку, участвовать в пении на службе, поэтому пришлось их «заменять» профессиональными мирянами. Из тех священнослужителей, кто стоял у истоков мужского хора, остался только мой муж, который и сейчас иногда помогает. К нему присоединились диаконы Павел и Роман, чаще всего их можно услышать исполняющими сольные партии или трио на праздничных и особых великопостных богослужениях. Например, во время чтения Великого покаянного канона Андрея Критского кондак «Душе моя» исполняют наши диаконы. Сегодня в хоре поёт двенадцать человек.
 
Церковное пение — это крылья молитвы
 
— Матушка Наталья, чем регент отличается от дирижёра? Для нас, дилетантов, вся разница — в «палочке».
 
— Теоретически и технически функции регента и дирижёра одинаковые. Есть некоторая разница в жестах. Светский хор много репетирует перед выступлением, поёт на сцене, программа чётко выверенная. Церковный хор тоже репетирует, есть запланированные песнопения, но часто на клиросе происходит экспромт. Например, выбранное и отрепетированное песнопение не подходит, тогда случается срочно заменять его соответствующим по содержанию и смыслу, но иным по музыке. Хорошо, когда всё богослужение выдержано в одном тональном плане. Бывает, что священник служит в своей, удобной ему тональности, и задача хора — подстроиться. Для этого иногда надо поменять расположение голосов. Темп прочтения батюшкой тайных молитв или произнесения диаконом ектений тоже бывает разный. На всё это должен ориентироваться регент.
 
От артистов светского музыкального коллектива на сцене требуется эмоциональное, красочное и яркое исполнение. В храме — не так. Если в произведении много гармоний, сложная мелодическая линия, а хор исполняет его, используя контрастные динамические и технические приёмы, то это отвлекает от молитвы. Порой в конце службы подойдёшь к батюшке и спросишь, как спели. А в ответ: «Я и не заметил». Значит, с задачей справились — не мешали своим пением молитве. Служба — это не концерт.
 
— Как стать хористом? Слышала, что попасть на клирос не могут даже люди с музыкальным образованием; говорят, мол, и здесь всё по блату.
 
— Я бы не сказала, что тяжело устроиться певчим на клирос. Было бы желание петь в церкви. Другое дело, большинство претендентов не представляют, какой это тяжёлый труд. Приходящим ко мне с такой просьбой я предлагаю сначала посещать службы (особенно если человек нигде не пел), попробовать тихонечко подпевать, даю ноты домой, чтобы выучить гласы; у нас их восемь, формулы, обиходные распевы. Даже имея консерваторское образование, читая, как говорится, с листа, но ни разу не спев в церковном хоре, невозможно стать на клирос и хорошо исполнить свою партию. Иллюзии, что всё легко и просто, быстро разбиваются о суровую реальность. Одним тяжело физически, начинают болеть ноги от многочасового стояния на клиросе, другим лень приходить на спевки, не нравится дисциплина, у третьих «звёздность» обратно пропорциональна вере: не хотят понять, что своим пением в храме они славят Бога, а не своё «я». 
 
— Какие требования вы предъявляете к певчим при наборе в церковный хор?
 
— О музыкальных способностях, грамотности и памяти будущих хористов я не говорю, это само собой разумеется. Очень важно, чтобы у претендентов было желание работать над собой, учиться, умение слушать других, жертвовать своими амбициями ради общего дела, подчиняться требованиям руководителя. Певец должен осознавать важность своей деятельности в Церкви, ясно понимать, что это не концертная деятельность. Мы — богослужебный хор.
 
— Наталья Георгиевна, по какому принципу формируется репертуар и произведениям каких авторов отдаётся предпочтение?
 
— Наш хор поёт традиционных церковных композиторов — Архангельского, Чеснокова, Бортнянского, Веделя и других. В репертуаре также есть сочинения и гармонические обработки древних распевов священнослужителей-музыкантов, например, протоиерея Турчанинова, диакона Трубачёва, творения классиков Римского-Корсакова, Чайковского. Конечно, предпочтения отдаются произведениям привычным, которые давно в обиходе пения в нашей Церкви. Трудно представить Пасхальную утреню без ирмосов Веделя или архиерейскую службу без трио Бортнянского. У каждого регента, естественно, есть свои предпочтения сообразно вкусу или мысли «вероятно, так должно быть»; есть и увлечения суперсовременными течениями. Задача музыки — размягчить, взрыхлить, как плугом, человеческое сердце и подготовить к принятию слова Божия. Стараемся прислушиваться к отзывам наиболее усердных прихожан и учитывать пожелания из алтаря.
 
Основной принцип церковного строительства — единоначалие
 
— Интересно, а настоятель Петро-Павловского собора корректирует репертуар, влияет на управление хором?
 
— Основной принцип церковного строительства — единоначалие. Поэтому советы и требования настоятеля должны приниматься во внимание. Отец Георгий Латушко обладает хорошим музыкальным вкусом, но не ограничивает хоры в выборе репертуара. Может выразить мнение по поводу уместности того или иного песнопения или манеры исполнения. Однажды сделал замечание: «В конце «Великого Господина» кто это у вас так орал «многая лета»?! Так петь нельзя». Или похвалит за красивое исполнение Херувимской песни, двухголосого знаменного распева и попросит, чтобы его (одно-двухголосия) было больше в нашем пении. Недавно принёс запись понравившегося распева 33-го псалма и обмолвился, что было бы неплохо, если бы мы его разучили. Я прослушала запись, разложила на ноты и отдала певцам — учить к следующему субботнему богослужению. При подборе репертуара в первую очередь ориентируемся на содержание и характер богослужения, а также стараемся учитывать пожелания настоятеля. Пока с отцом Георгием у нас не было разногласий.
 
— До сих пор нет единого мнения о том, каким должно быть пение в храме — всенародным или в исполнении профессионального хора. А вы как считаете?
 
— В разных храмах свои традиции. В некоторых сербских и польских храмах поют все прихожане. В Петро-Павловском соборе на каждой простой воскресной Литургии поёт весь храм. На мой взгляд, пение должно быть слаженным, чистым, молитвенным. В храме, как говорил святитель Иоанн Златоуст, нет места «козлогласованию». В идеале, конечно, пению надо быть народным. Но не всегда получается. В богослужениях есть сложные моменты, требующие особых профессиональных навыков. Понятно, от всех прихожан требовать их нереально. Для того и существует церковный хор — представлять собой голос всех молящихся в храме. Но у нас в соборе, слава Богу, регулярно звучит народное пение. Прихожане счастливы и прекрасно с этим справляются. Какое это потрясающее ощущение, когда заходишь и слышишь, как весь храм поёт в один голос! Песнопения простые, нет лишних красок, нот немного, но восхищает единодушие; и люди понимают, о чём поют, и что совершается во время их пения.
 
— Наталья Георгиевна, что для вас значит церковный хор? Что даёт церковное пение?
 
— Для меня, конечно, это любимое дело. В первую очередь, большая ответственность и великая честь нести такое служение. Это радость от того, что хор и Богу поёт, и помогает понять смысл богослужения; ощущение особенностей того или иного церковного праздника или воспоминаемого события. Ум настраивается на молитву, а сердце открывается для принятия слова Божия. Церковное пение даёт радость духовную, воспитывает эстетические чувства, возвышает личность. Помогает задуматься о высоком. Если кто-то благодаря нашему пению станет чаще посещать храм Божий, полюбит церковные службы и научится их понимать, можно считать нашу миссию успешной.
 
Беседовала Татьяна СОКОЛОВИЧ





к содержанию ↑
Рассказать друзьям: