Проверьте ваш почтовый ящик! Check your mailbox!
Мы в соц сетях

Наши партнеры
www.vrataby.com

В нём раскрылся дар старчества…


Схиархимандрита Иоанна (Маслова) (1932–1991) вполне справедливо называют старцем, хотя прожил он всего 59 лет. Это был человек, который на деле старался воплотить в жизнь идеи пастырства и обеты монашества.

Родился Иван Сергеевич Маслов 6 января 1932 г. в деревне Потаповка Сумской области в крестьянской семье. Его родители были верующими и благочестивыми людьми, что отразилось на ребёнке. В детские годы Иван избегал игр и часто ходил в храм, отличаясь при этом отзывчивостью и стремлением помочь ближним.

С началом Великой Отечественной войны отца забрали на фронт, а Иван помогал матери по хозяйству и в воспитании своих младших братьев и сестёр. Приходилось немало трудиться, так что он приобрёл много полезных навыков — пахать, шить, прясть, готовить пищу и тому подобное. В 12 лет отрок начал работать в колхозе, умудряясь при этом учиться в школе.

В 1951 г. его призвали в армию. Там он не скрывал своей веры, но преследований за это не было. Во время службы Иван Маслов сильно простудился, что дало осложнение на сердце. До конца жизни он оставался очень болезненным.

Решив посвятить себя служению Богу, в 1954 г. юноша поступил в Глинскую пустынь, где подвизался под руководством опытных старцев; он испытал немалую духовную брань, в результате чего получил крепкую монашескую закалку на всю жизнь. Уже тогда в нём заметили благодатные дары, и монастырские старцы посылали богомольцев к нему за советом, а схиархимандрит Серафим (Амелин), настоятель обители, благословил ему отвечать на письма с просьбой о помощи и совете. Подписывая ответы, настоятель полностью одобрял их. Кроме письмоводительства, послушник Иоанн работал в столярной мастерской, делал свечи, заведовал аптекой, пел на клиросе.

В октябре 1957 г. его постригли в монашество с именем Иоанн, в честь апостола Иоанна Богослова. Смирение, кротость, исполнительность в послушаниях, несмотря на болезненность, в большой мере проявлялись у нового монаха.

Через несколько лет Глинская пустынь была закрыта. Отцу Иоанну удалось в это непростое время поступить в Московскую духовную семинарию. В 1962 г., в Великий Четверг, в Богоявленском патриаршем соборе он был рукоположен во иеродиакона, а 31 марта 1963 г. — в иеромонаха.

После успешного окончания семинарии иеромонах Иоанн поступил в академию. И в семинарии, и в академии он был душой курса, отличаясь отзывчивостью и добротой. Ко времени учёбы в академии относится первая редакция знаменитого труда отца Иоанна «Глинский Патерик». Здесь он исполнял послушание ризничего академического храма. К нему часто приходили люди, искавшие совета и помощи, и никто не уходил без пользы. Живя вне мира, он служил миру. В нём раскрылся дар старчества, сопереживания, знания тайных поступков и прошлого человека и его будущей жизни. Некоторые по его молитвам получали не только исцеление души, но и телесных недугов.

В 1969 г. отец Иоанн окончил академию со степенью кандидата богословия и остался там преподавать. Своей целью он ставил не только передать студентам знания, но и создать в них необходимую для будущего пастыря настроенность. Потому и лекции его были глубокими по содержанию. Ещё учась в академии, отец Иоанн был возведён в сан игумена, а в 1972 г. — архимандрита. Отмечен он и высшей церковной наградой — Патриаршим крестом.

Деятельность пастыря была активной: он служил, преподавал, заботился о ризнице и о благолепии храма, окормлял духовных чад, отвечал на письма, писал статьи и богословские труды. С 1974 г. в различных изданиях опубликовано более ста работ отца Иоанна. Венцом его научно-богословской деятельности в московских духовных школах является магистерская диссертация «Святитель Тихон Задонский и его учение о спасении», которую он защитил 11 марта 1983 г., получив звание магистра богословия. В 1991 г. отец Иоанн закончил уникальный труд — докторскую диссертацию «Глинская пустынь. История обители и её духовно-просветительная деятельность в XVI–XX веках», а также завершил «Глинский Патерик», включающий 140 жизнеописаний Глинских подвижников. Благодаря своим богословским трудам отец Иоанн стал известен не только как старец-духовник, но и как духовный просветитель.

В 1985 г. он, на тот момент один из лучших наставников духовных школ, был из Троице-Сергиевой лавры направлен духовником в Жировичский Свято-Успенский монастырь. Сырой климат Беларуси был категорически противопоказан батюшке и представлял большую опасность для его здоровья. Но это случилось по промыслу Божию. Жировичская обитель в ту пору нуждалась в человеке, который мог бы поднять её духовную жизнь, а отец Иоанн, к тому времени принявший схиму, принадлежал к тем редким людям, которые соединяли в себе широкие познания, огромное трудолюбие и ясновидящую мудрость, основанную на глубокой вере. Подвижник и автор множества богословских трудов, он являет собой образ духовника с адамантовой душой, который брал каждого из своих духовных чад за руку и вёл узким спасительным путём ко Христу.

После приезда отца Иоанна в Жировичский монастырь, к нему сразу потянулись ищущие духовной жизни и старческого руководства люди. Правда, он не пребывал здесь постоянно — приходилось часто уезжать на лечение. Но во время его нахождения в обители её жизнь преображалась. Приезжали к нему и духовные чада. Они в какой-то степени помогли монастырскому хозяйству — привозили семена ягод, участвовали в монастырских работах.

Однажды батюшка должен был ехать из Москвы в Жировичский монастырь. Он тяжело переносил поездки в поезде, ведь от толчков усиливались ревматические боли. Батюшка как-то сказал, что все косточки чувствуют боль. Ему предложили взять билет на скорый поезд, прибывающий в семь часов утра. Но батюшка выбрал пассажирский, который гораздо дольше был в пути, делал больше остановок и прибывал около 10 часов утра, и объяснил, что его приедут встречать из монастыря, и встречающим придётся рано вставать, если он поедет скорым поездом.
Об одном случае влияния отца Иоанна на монастырский уклад жизни рассказал игумен Пётр (Бирюков).

По заведённому в Жировичах обычаю братии на Пасху выдавали сухой паёк, и все разговлялись келейно. Отец Иоанн предложил совершать в эту ночь общую трапезу. Был сварен суп с крапивой и яйцами, который всем понравился. С тех пор общая трапеза на Пасху вошла по сей день в обычай обители.

Сам мастер на все руки, батюшка передавал свои навыки и другим. Одна монахиня рассказывала, как батюшка научил её шить облачения, вышивать и делать митры. Однажды он достал очень красивую зелёную греческую парчу. Ткани было мало, и кроил её сам батюшка, а шить велел этой монахине. Она отказывалась, говорила, что не сможет, всё испортит, так как только начинала ещё учиться в швейной мастерской и ей поручали лишь сметать что-нибудь или распороть. Она боялась появиться в мастерской с такой красивой парчой, которую не держали в руках и лучшие мастерицы.

Но батюшка сказал, чтобы шила она: «Сошьёшь, потом всё будешь шить», — и подробно объяснил последовательность процесса. У неё действительно получилось, и теперь она всё умеет шить. Закончила она рассказ словами: «Для батюшки нет невозможного».

Жизнь в монастыре как бы вновь созидалась. Трапеза, административно-хозяйственная часть — всё устраивалось вновь. Это стоило отцу Иоанну многих тяжких болезней и скорбей. Возрождению обители способствовали вдохновенные молитвы и глубокое знание им человеческих душ. Он умел назначать людей именно на те послушания, которые были полезны делу и соответствовали внутреннему устроению каждого из них.

Несмотря на погружённость в хозяйственные заботы, главное внимание, как и подобает духовнику, отец Иоанн уделял духовной жизни обители. Много трудов было положено для перевоспитания братии. Здесь он проявил редкое терпение и снисходительность к человеческим слабостям. Часто проводил общие исповеди, отдельно для иноков и инокинь (после закрытия властями в 1960 г. Гродненского женского монастыря в Жировичской обители жили и сёстры. – Ред.). Его вдохновенное слово перед исповедью подвигало к покаянию, сокрушению о грехах. Он учил монашествующих чистосердечному откровению помыслов, послушанию, смирению, а также строгому соблюдению монастырского устава (старец велел размножить устав и раздать всем насельникам).

Отец Пётр вспоминает: «На всю жизнь запомнилось общение с отцом Иоанном на исповеди, его тёплое отеческое обращение: “Друг мой...”

Один диакон считал, что это формальность — часто ходить на исповедь (“Что одно и то же повторять”), но, исповедовавшись у батюшки, он изменил своё мнение и, спускаясь из его келии по лестнице, вслух говорил: “Ух, как полегчало!”

Многие быстро почувствовали великую пользу откровения помыслов и жизни, в которой каждый шаг освящён благословением старца. Хотя порой было тяжело идти к старцу на исповедь из-за его строгости, появлялся и стыд, а после исповеди улетаешь как на крыльях».

Обращал батюшка внимание и на состояние хора. Ему удалось повысить уровень пения.
По благословению митрополита Филарета, в обители до открытия семинарии для духовенства проводились беседы на темы, касающиеся пастырского служения. Выступал там и отец Иоанн. Сохранились аудиозаписи его бесед, показывающие, как прекрасно он разбирался в различных сторонах пастырского служения.

К сожалению, недолго отец Иоанн смог нести свет Христов своей жировичской пастве. В июне 1990 г. он поехал в отпуск в Сергиев Посад, а в августе болезнь окончательно приковала его к постели. Постоянные сердечные приступы не оставляли его уже до исхода из этой жизни. Таким было завершение жизненного крестоношения отца Иоанна, его восхождение на свою Голгофу. Истаивало, иссыхало в страданиях тело верного служителя Христова, но дух его по-прежнему был бодр и деятелен. При малейшем облегчении он сразу принимался за труд: работал над докторской диссертацией о Глинской пустыни, над Глинским патериком и статьями.

До последнего дня он жил не для себя, а для людей. Батюшка не переставал принимать духовных чад даже тогда, когда после очередной беседы терял сознание. Келейники сетовали на посетителей, пытались оградить от них старца. Но однажды он сказал: “Не препятствуйте людям приходить ко мне. Я для того родился”.

Неоднократно предсказывал отец Иоанн свою близкую кончину. И вот время пришло. 29 июля 1991 г., после причастия Святых Таин, в полном сознании батюшка мирно отошёл ко Господу. До самого погребения его лицо оставалось просветленным, а руки сохраняли гибкость, мягкость и были тёплыми. Похоронили его на старом кладбище Сергиева Посада.

И по смерти старец не оставил тех, кто с верою к нему притекал и притекает, являя им свою помощь, как свидетельствуют его духовные чада. Вот несколько примеров.

Один молодой человек получил тяжёлую травму. Его отвезли в больницу и сделали переливание крови. Однако по ошибке перелили кровь не той группы. Состояние больного было критическое. Его близкие отслужили панихиду об упокоении отца Иоанна и молитвенно попросили его о помощи. Через несколько дней, ко всеобщему удивлению и радости, больной поправился. Из больницы он поехал прямо на могилу старца, чтобы поблагодарить за исцеление.
У одной женщины поднялось давление, начался сердечный приступ. Лекарства не помогали. У неё дома было немного земли с могилы отца Иоанна. Она взяла землю в ладонь и стала просить батюшку о помощи. Через несколько минут всё прошло, и женщина почувствовала себя здоровой.

Мужчина, страдавший пристрастием к алкоголю, узнал о батюшке по его книгам и стал ездить на его могилу. Однажды он опустился на колени и, припав к могиле, из глубины души попросил старца избавить его от пьянства. “И... как рукой сняло”, –– рассказывал он впоследствии. Тяга к вину пропала, и больше он не пил.

Поистине старец Иоанн явился горящим светильником, который оставил нам образ жития, сияющий со страниц истории нашей обители.
Иеромонах Агапий (ГОЛУБ)
Поделиться с друзьями:
Ваш комментарий
Авторизуйтесь, чтобы оставить сообщение или используйте социальные сети... Регистрация