Проверьте ваш почтовый ящик! Check your mailbox!
Cегодня

17 августа: обретение мощей праведного Алексия Бортсурманского (2000). ...

Содержание
Главная Nota Bene! Задать вопрос священнику Словарь Православия Фотогалерея История Церкви Сестринское служение Иконы Богородицы Память угодников Божиих
Дарога да святыняў Ютубканал
Архив Dei Verbo Контакты
Рекомендуем


«Мы приходили в безбожное пространство»


Когда, по благословению Митрополита Минского и Слуцкого Филарета, в Беларуси после долгих лет гонений на Церковь было образовано первое православное сестричество, отца Игоря Коростелёва назначили его духовником. Он стал первым священником, который окормлял сестёр милосердия и помогал им в работе.
 
Тогда, в конце 1980-х гг., отец Игорь служил в Минском кафедральном соборе. Позднее возглавил приход в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость», где при активном участии настоятеля появилось второе общество милосердия — сестричество преподобной Евфросинии Полоцкой.
 
Протоиерей Игорь Коростелёв— Отец Игорь, какие наиболее яркие воспоминания остались у вас о том времени, когда в стране началось возрождение традиций служения сестёр милосердия?
 
— Первым местом приложения наших сил стало спинальное отделение Института травматологии. Люди, которые лечились здесь, вчера были здоровыми, молодыми, но случилась травма — и человек парализован. Психологически это очень тяжело...
 
У меня сохранилась вырезка из газеты, где главврача спрашивают: «Почему вы пустили к себе монахинь?» Они считали, что женщины в белых косыночках — это монахини. И главврач высказал интересную мысль, как бы оправдываясь, ведь было ещё советское время: «Цель врачей — вылечить человека. А вылечить его можно только тогда, когда он хочет вылечиться. Так вот, эти монахини вселяют в человека надежду, желание выздороветь и даже уверенность в этом».
 
Мы приходили в абсолютно безбожное пространство. Помню хорошо, как мы с сёстрами идём по коридору, а тут бабушка выходит и плачет. Подходим: «Почему плачете?» Она: «Я услышала, что священник приходит в больницу. Не думала, что ещё увижу в своей жизни живого священника».
 
Я вспоминаю, как мы «крестили» Институт травматологии. Заходили в палату, все, кто мог передвигаться, собирались в ней. И мы с сёстрами начинали с простейших понятий. Хотелось донести нашу веру живым языком, дабы понятно было, что мы верим в живого Бога, Который рядом с нами. С полчаса длилась катехизация — о том, Кто такой Бог, зачем Церковь существует, зачем нужно туда приходить. Потом крестили и причащали. Затем шли в следующую палату — там новые люди, ведь многие передвигаться не могли. Удивительно: в этой больнице мы проводили целые дни… И силы были, и о еде забывали…
 
Начали ходить и в другие больницы, причём наиболее трудные стали окормлять: 5-ю городскую, дом престарелых в Дражне — самый большой. Мы с сестричеством Софии Слуцкой впервые переступили его порог. Там тогда активно сектанты работали…
 
«Мы приходили в безбожное пространство» 
Ещё хорошо помню первое посещение детского психоневрологического интерната в Новинках. Пошли туда по инициативе наших сестёр. Собрали всех, кто мог собраться, — 200-300 детей. И я их крестил. Представьте: ходил по рядам и над каждым совершал Таинство Крещения… А потом начали Литургию. Оглядываясь назад, думаю: и как я решился на такое — сразу после Крещения служить Литургию?! Самое поразительное: несколько часов мы там были — и ни одного припадка, ни одного крика. Дети вели себя очень спокойно. Стояли там воспитательницы и медсёстры, возмущались: «Почему сюда священника пустили!» А пришли мы туда благодаря директору, — она пошла нам навстречу…
 
Через некоторое время явились мы в отделение психиатрической больницы в Новинках, где находятся буйно помешанные. Там решётки везде. Когда вошли туда, мне страшно было... Сёстры стали у дверей и начали исполнять церковные песнопения, красивые такие. Кто бы мог подумать тогда, что рядом с больницей возникнет монастырь, и сёстры будут постоянно ходить к больным! И в этом отделении мы тогда всех покрестили. И тоже ни с кем не случилось припадков.
 
Когда вошли туда, мне страшно было... 
Впоследствии, когда мы снова приходили в больницу, то из этого отделения прибегали сёстры и просили: «Идите скорее к больным, а то они решётки бьют, требуют, чтобы священник пришёл». А когда я приходил — они все льнули ко мне... И я чувствовал себя уже совершенно спокойно.
 
Ещё с сестричеством Софии Слуцкой мы посещали детское гематологическое отделение в 1-й городской больнице. В то время это была неизлечимая болезнь: все дети умирали. И мы боялись встретиться с озлоблением родителей: «Как Бог такое допускает?!» Реакция оказалось иной: «Как — и батюшка с вами, а можно крестить ребёнка?» Помню, собирались в комнатке больные ребята, измазанные зелёнкой, с капельницами. Причащались. Там мы для детей концерты стали давать.
 
Позже мне пришлось много лет посещать детское отделение больницы в Боровлянах. Но невозможно было объять необъятное. Тогда я предложил владыке Филарету в каждом новом приходе организовывать сестричество, которое окормляло бы ближайшую больницу. Со временем так и стало.
 
— В чём состояло служение первых сестёр милосердия, что они делали?
 
— С чем мы столкнулись с самого начала? С грязью в больницах. Наши сёстры начали своё служение с… элементарной уборки. Когда мы пришли в дом-интернат в Новинках, это была практически тюрьма, куда отправляли людей, имеющих умственные ограничения, болезни. Там запах стоял — невозможно передать! А появились сёстры — и повлияли на жизнь интерната. Мы приезжали поздравить пациентов, устраивали для них концерты — сначала с сестричеством Софии Слуцкой, потом — Евфросиниевского монастыря. Привозили им гуманитарную помощь. Было время, когда они получали от нас витамины, фрукты, одежду. Потом я начал вести уроки Закона Божиего для детей, которые были способны обучаться.
 
А ещё стали вывозить ребят из интерната; был у нас старенький «рафик». Так я их однажды привёз на причастие в кафедральный собор. В храме был всеобщий испуг: мол, я не совсем правильно поступаю. А дети за мной шли ручейком и причащались… И снова никакого припадка, ничего подобного. Cо временем в соборе привыкли, что я привожу этих детей. А когда в приходе «Всех скорбящих Радость» появилась палатка, где служили, то мы с детками там обосновались.
 
Служение сестёр милосердия — очень разнообразное 
Служение сестёр милосердия — очень разнообразное. Катехизацию больных они начали с первых лет существования сестричества Софии Слуцкой. Хотя власти и просили, чтобы мы не занимались, говоря по-советски, «агитацией». Руководители тогда боялись этого страшно. Но одновременно они видели, что люди, пообщавшись с нами, изменяются в лучшую сторону, у них появляется желание выздороветь.
 
Ведь бывали тяжелейшие случаи. Например, молодой лётчик-испытатель, лейтенант. Каждый день его работы — риск. А тут просто поскользнулся, и в итоге — парализованный. У него — мысли о самоубийстве, чтобы не мешать семье, не быть обузой. И у милиционера, который спас женщину из-под колёс поезда, а обе ноги у него отрезало, — та же мысль. Сидишь с ними и говоришь долго-долго о том, что жизнь не закончилась, что на всё воля Божия, и Господь даст ещё возможность приносить пользу. Смотришь — в глазах блеск появился. Некоторые из них после приходили в храм. Одна женщина, парализованная после травмы позвоночника, когда я её крестил, сказала: «Я всё-таки выздоровею и к вам в палатку приду». И пришла.
 
— Какие перемены в жизни сестричеств за прошедшие десятилетия наиболее заметны для вас?
 
— Конечно, у меня самые лучшие воспоминания об этих женщинах, с которыми мы начинали нашу духовную жизнь. Но с тех пор многое изменилось. Сейчас много священников, много сестричеств. А сёстры, которые начинали тогда, сейчас уже в пожилом возрасте. Ныне, к сожалению, уже не тот настрой, бывший в начале 1990-х. У нас в приходе «Всех скорбящих Радость» было два сестричества — старшее и младшее; младшее состояло из школьниц и студенток. Меня на семинарах и конференциях спрашивали: «Отец Игорь, где вы столько ангелочков нашли?» Сейчас этого сестричества нет.
 
Конечно, у меня самые лучшие воспоминания об этих женщинах 
— Исходя из своего опыта, как вы, отец Игорь, оцениваете значение служения сестёр милосердия?
 
— То, что делают сёстры милосердия, — неотъемлемая и необходимая составляющая жизни нашей Церкви. Ведь когда мы начали приходить в больничные помещения, где люди страдают, и несли слово Божие, катехизаторами были сёстры. Они начинали, подготавливали почву, а потом приходил священник.
 
И ведь далеко не каждый сможет нести подобное служение в больницах. Не все женщины-прихожанки могут стать сёстрами милосердия, не каждый священник может опекать больных. Мы с этим столкнулись на практике. Ведь в том же Институте травматологии, где постоянно перед глазами люди с отрезанными руками или ногами, в крови, — не все наши уважаемые батюшки (педагоги, богословы) выдерживали. Так же и некоторые женщины, которые хотели трудиться в сестричестве, — при первом же визите в отделение падали в обморок. Бог каждому дал свои дарования.
 
Беседовала Елена НАСЛЕДЫШЕВА
11.06.2018
Поделиться с друзьями:
Подписка на журнал "Врата Небесные"