Проверьте ваш почтовый ящик! Check your mailbox!
Cегодня

23 сентября: мучениц Минодоры, Митродоры и Нимфодоры (305-311). ...

Содержание
Главная Nota Bene! Задать вопрос священнику Словарь Православия Фотогалерея История Церкви Сестринское служение Иконы Богородицы Память угодников Божиих
Дарога да святыняў Ютубканал
Архив Dei Verbo Контакты
Рекомендуем


От жены пастора до супруги батюшки


Матушка Елена Зырянова — жена священника Игоря Зырянова — настоящая русская женщина, чей характер сочетает доброту, милосердие и силу. Во всех испытаниях и сложностях Елена рядом с мужем — она много лет делит с ним все радости и горести, поддерживает и помогает. Десять лет назад, как и её супруг, Елена перешла из протестантизма в Православие. Её выбор был обусловлен не только примером мужа, но и ответами на собственные духовные искания.
 
Матушка Елена Зырянова 
— Матушка, почти у каждого верующего человека обязательно была в детстве бабушка, которая молилась. У вас, наверное, тоже?
 
— Какие-то отрывочные воспоминания, связанные с верой в Бога, я хранила с детства. У меня была православная бабушка, она молилась перед старинной иконой Богородицы. Помню, как бабушка просила о чём-то Царицу Небесную и как я часто подходила к иконе и разглядывала её, одним пальчиком осторожно прикасалась. Другая бабушка, по всей видимости, была католичкой; она брала меня с собой в какое-то место, где играл орган. Также я запомнила папиных знакомых, о которых родители говорили, будто они сидели в лагере за веру. Эти друзья нашей семьи не употребляли спиртного. У них в доме хранились книги, завешенные простынями, и мне хотелось узнать — какие.
 
Я рано осталась без родителей. Когда выросла, стала работать на железной дороге, жизнь складывалась более-менее благополучно, обеспеченно: своя квартира, нормальные родственники и неплохой круг друзей. Но глубоко внутри я чувствовала потребность в большем, чем обычная жизнь. Хотелось духовности, чистоты, иных радостей, нежели земные.
 
— А почему ваш духовный путь начался именно с протестантизма, а не с Православия?
 
— Я уверовала в Господа Иисуса Христа в молодости, когда начала посещать общину пятидесятников. В том месте, где я жила, православных церквей практически не было. У нас одновременно появилась община пятидесятников и открылась православная часовня — её оборудовали в покосившейся избушке. Я пришла туда: к сожалению, не застала священника, зато меня встретили неприветливые старушки. Да и помещение показалось сумрачным, мрачным, неуютным. На тот момент я не особо разбиралась в конфессиях, а знакомая предложила сходить к «другим верующим». И мы отправились к пятидесятникам, где царила иная атмосфера: было светло, люди радостные и довольные, приветливые. Хотя они казались несколько странными, я решила походить в общину, чтобы присмотреться к происходящему.
 
На одной из проповедей я узнала: у Бога был Сын — Иисус Христос, взошедший на Крест за наши грехи. Поняла, что Бог нас любит, и очень возрадовалась этой вести. Испытала настоящее счастье, даже плакала от радости. Чем больше узнавала об Иисусе Христе, о Его жизни, тем больше понимала: Он, будучи Богочеловеком, явил нам святость и чистоту, которую искала. Я начала читать Писание, старалась жить по заповедям Божиим, исправлять свою жизнь, не грешить.
 
А почему ваш духовный путь начался именно с протестантизма 
— В общине вы встретились с будущим мужем?
 
— Именно там. Мой батюшка был тогда начинающим проповедником и миссионером, хорошим оратором. Талантливый, общительный, доброжелательный, он всегда старался получать знания, читал много духовной литературы. Мы вместе служили, создали семью.
 
— И началась счастливая жизнь?
 
— Началась наша кочевая миссионерская жизнь. Я отдала квартиру родственникам, и мы с отцом Игорем решили, что должны проповедовать Евангелие западным бурятам. Отправились в село Баяндай, собрали там небольшую общину. Затем, проповедуя, часто переезжали с места на место, жили в разных сибирских городах. Кочевали с детьми (у нас их четверо), каждый раз налаживали быт с нуля. Даже когда супруг занимал высокие, по протестантским меркам, должности, у нас не было стабильной финансовой поддержки. То, что присылали жертвователи, шло на служение: на перевод Евангелия на языки северных народов, на запись дисков, на поездки в отдалённые регионы. Для содержания семьи организовали небольшой бизнес (занимались фотографией). Сейчас я понимаю: в том, что мы не стяжали земных богатств, — большая Божия милость к нам.
 
Мой батюшка был тогда начинающим проповедником и миссионером 
— Когда у вас появились сомнения в том, что в протестантизме всё правильно?
 
— Сомнения копились постепенно. У меня были православные друзья, которые, общаясь со мной, даже не пытались ни в чём переубеждать. Однажды они предложили мне книгу о святом праведном Иоанне Кронштадтском. Поразило, насколько святую подвижническую жизнь он вёл, какие удивительные чудеса через него творились. Я долго думала о нём и поняла: среди отцов протестантизма подобных подвижников нет. Это огорчило.
 
И сама я стремилась к подобию подвижничества. Не осознавая, что, просто будучи нравственным человеком, даже читая Библию, молясь и посещая служения, этой цели не достигнуть. Человек может перестать совершать внешние грехи (например, не употреблять алкоголь, не курить, быть хорошим семьянином), но продолжать грешить внутренне — завидовать, осуждать, сплетничать. Ты постоянно борешься с какими-то повторяющимися страстями, вроде приближаешься к совершенству, но опять соскальзываешь вниз. Этот круговорот очень изматывал.
 
Также мне не нравилось грубое вторжение лидеров общин в личную жизнь прихожан — такая практика распространена в протестантских общинах. Я видела, что руководство собраний — самые обычные люди, со страстями и недостатками, а мне хотелось прислушиваться к настоящим моральным авторитетам.
 
Очень удручали и разделения. Общин множество, различий тоже много. У нас появлялись друзья из всяких деноминаций, но каждый товарищ требовал, чтобы мы полностью разделяли их религиозные воззрения, имели идентичное с ними мнение по всем вопросам. Иначе речь о тёплых отношениях идти не могла. Стоило проявить в чём-то несогласие — и ты уже не был стопроцентным другом.
 
Муж и четверо наших детей довольно быстро приняли Православие— При этом в Библии написано, что «друг любит во всякое время»…
 
— Да, люди вели себя вопреки тому, что написано. Я не могла взять в толк, почему, например, обычные светские люди — мои одноклассники — принимают и любят меня всякую. Декларируется: в главном — единство, в спорном — свобода, и во всём — любовь. А на деле — иначе.
 
Из-за этих разочарований я боялась открыть что-то негативное и в Православии, когда мы начали задумываться о нём. После общения с православным духовенством мой муж и четверо наших детей довольно быстро приняли Православие. Я же какое-то время думала, молилась, размышляла. Помог и тот факт, что отец Вячеслав Пушкарёв, который приезжал в наше протестантское собрание с проповедью, оказался человеком, по-настоящему преданным Богу и своей семье. Он был многодетным, не гнался за богатством; батюшка и его ближние живут скромно, просто, смиренно. Для меня они с матушкой — пример подвижников. В итоге я, как и мой супруг, тоже пришла к выводу, что православная вера — единственная истинная. И я стала православной.
 
— Каким образом вам удалось понять смысл почитания Богородицы и святых? С этим были сложности?
 
— Я поступила просто. Обратилась к Богородице в молитве и с открытым сердцем попросила Её помочь мне понять и принять Её. И во время чтения книг о Ней мне открылось: Матерь Божия всегда прославляет Своего Божественного Сына и указывает нам на Него, ни в коей мере не умаляя Его славы. Я узнала, как Она жила и воспитывалась. Поняла, что такой уникальной личности больше не существовало на земле. Она — единственная Женщина, Которая на самом деле — Святая и Пречистая.
 
— А как вы обрели свой образ Богородицы?
 
— Однажды прочла, что у многих святых была своя Богородичная икона; какая именно — открывалось чудесным образом. Я просила Матушку Богородицу о великой милости: показать, какой из Её ликов — мой. Во сне мне явилась икона «Неувядаемый Цвет». Я подумала, может, это мои фантазии. А затем во время паломничества, будучи в чужом городе, нашла на земле именно эту иконку-календарик. Я бережно подняла образ, поцеловала. Храню его до сих пор. Конечно же, купила себе икону, на которую указала Царица Небесная.
 
В протестантизме мне было гораздо сложнее, чем сейчас 
— Елена, кем легче быть — женой батюшки или женой пастора?
 
— В протестантизме мне было гораздо сложнее, чем сейчас. Ты там одна, а тут тебе помогают нести крест Господь, Божия Матерь и святые. В протестантизме всё построено на человеке, в Православии — на поддержке Сил Небесных, поэтому здесь нет особой суеты и маеты. Все сложности разрешаются более спокойно и просто, не надо прилагать огромных усилий. Ведь о Своей Церкви Сам Господь заботится. Да, православные люди также хотят от матушки общения, внимания. Но они не ожидают от тебя супердуховных даров, понимают, что ты человек. Сложнее мне стало в другом: батюшка, у которого много обязанностей, реже бывает дома. Но таково его служение.
 
Беседовала Елена ЕСАУЛОВА
20.06.2018
Поделиться с друзьями:
Подписка на журнал "Врата Небесные"