Проверьте ваш почтовый ящик! Check your mailbox!
Cегодня

20 июля: преподобного Фомы, иже в Малеи (X); преподобного Акакия (VI). ...

Содержание
Главная Nota Bene! Задать вопрос священнику Словарь Православия Фотогалерея История Церкви Сестринское служение Иконы Богородицы Память угодников Божиих
Дарога да святыняў Ютубканал
Архив Dei Verbo Контакты
Рекомендуем


Мир дому


С 2009 г. в Лиде Гродненской области работает первый и пока единственный в религиозном сообществе Беларуси приют, опекаемый православным сестричеством, где помогают женщинам и детям, пострадавшим от домашнего насилия. В 2014 г. был создан в виде печатного пособия и DVD-диска уникальный учебный модуль «Мир дому» по профилактике данной проблемы. Он не содержит информации, прямо либо косвенно противоречащей учению Православной Церкви, и может использоваться церковными социальными службами по своему целевому назначению.
 
Мир дому
 
В благодарственном письме от Министерства внутренних дел Республики Беларусь, направленном в адрес Митрополита Минского и Заславского Павла по поводу деятельности БПЦ в области предупреждения насилия в семье, отмечен весомый вклад в это дело Союза сестричеств и приведена следующая статистика: «Практически каждое третье убийство и умышленное причинение тяжких телесных повреждений совершаются в отношении близких. В 2014 г. зарегистрировано 125 таких убийств и 252 умышленного причинения тяжких телесных повреждений, а количество административных правонарушений превысило 40 тысяч».
 
Подробнее о проделанной работе рассказывают исполнительный секретарь ССМ БПЦ Елена Зенкевич и пресс-секретарь Антонина Банько.
 
Елена ЗенкевичЕлена Зенкевич: Проблема домашнего насилия волновала нас давно. Мы изучали возможные методы решения конфликтных ситуаций в семьях, используя разработки и материалы светских специалистов. А с 2012 г. начали системно разрабатывать методики, основываясь на христианском мировоззрении. Думаю, ни для кого не секрет, что в Церкви существуют полярные мнения в отношении домашнего насилия. Сегодня можно говорить о результатах, которые в отдельных позициях даже перевыполнены.
 
За этот небольшой период вместе с богословами и священнослужителями разработан проект концепции социального служения БПЦ по укреплению семьи и противодействию домашнему насилию, подготовлено учебное пособие, проведено большое количество семинаров по профилактике насилия в семье (они оказались очень востребованными), осуществлены два масштабных (на уровне республики) творческих конкурса «Мир дому».
 
Поскольку мы — религиозная организация, и наша задача — взаимодействовать преимущественно с религиозным сообществом, руководствовались мы Святым Евангелием и принципом любви и доброго отношения к ближнему, который понятен каждому верующему. Вот почему мы и подключили к работе священников и теологов. В процессе обсуждения и создавались учебный модуль, методическое пособие с упражнениями, примерными программами семинаров, материалами с определениями, которые сочетают светские и духовные знания.
 
Проблема домашнего насилия волновала нас давно
 
— Семинары для какой аудитории предполагались?
 
— Мы пришли к мнению, что очень сложно определить границы. Сегодня мы с вами встречаемся в церкви, а завтра можем пересечься в любой светской структуре или по месту работы. Поэтому мы не стали ограничиваться только сёстрами милосердия, членами братств и сестричеств, священниками, а пошли дальше. Тем более что подписана программа сотрудничества между Церковью и государством, многие приходы активно работают с социальными службами — государственными территориальными центрами и иными структурами. Мы начали проводить совместные мероприятия, и оказалось, что наши наработки по этому модулю интересны профессиональным психологам, социальным педагогам, причём педагогам разных вероисповеданий.
 
— Какие наработки?
 
— Мы сделали контент-анализ, собрали информацию: методические материалы светского характера по социальной работе, психологии, педагогике для студентов, для светских специалистов. Просмотрели массу материалов, которые готовились представителями других конфессий, — например, у католиков есть программы по укреплению семьи. Знакомились с опытом Армянской Церкви, изучали наработки московских специалистов, опыт поляков и американцев. Попутно привлекали светских специалистов.
 
— А почему возник такой интерес к этому вопросу? Проблема насилия в семье настолько острая?
 
— На наш взгляд — да. И любой думающий священник, искренне исполняющий свои обязанности, скажет, что к нему на исповедь и беседы приходили и женщины, и мужчины, страдающие от домашнего насилия. Очень серьёзные проблемы в семьях, где бьют, издеваются и считают это нормой, и что, самое страшное, именуют себя христианами.
 
Вот человек голоден — его накормили, он сыт…
 
Вот человек голоден — его накормили, он сыт, и на какой-то короткий период проблема решена. Домашнее насилие — пролонгированная проблема, и в одночасье её не решить. Ведь ребёнок, который видит ситуацию насилия, даже если она его не касается напрямую, — не просто сторонний наблюдатель. Сцены насилия в семье накладывают отпечаток на детскую психику, и у ребёнка вырабатываются образцы насильственного поведения. Если мальчик видит, как отец бьёт мать, то у него на подсознательном уровне усваивается, что это — поведение настоящего мужчины; у девочки тоже формируется образец поведения женщины-жертвы.
 
— Вы считаете, что можно перевоспитать взрослого человека?
 
— Можно. Если он сам этого захочет. Ведь многое мы делаем неосознанно. Например, видели картины насилия в семье, и неосознанно их повторяем, не принимая за насилие. А люди, пройдя наши семинары, начинают отличать насилие от истинности поведения мужчин и женщин.
 
— Спорный момент! Ведь под статью насилия можно подписать и моменты воспитания, которое предполагает не насилие, а, скажем, понуждение ребёнка к лучшему поведению. И взрослого человека порой нужно резко одёрнуть и поставить на место. Бывает, что только силовые методы помогают сдержать агрессию. Как разобраться — насилие это или нет?
 
— Любым инструментом можно злоупотребить: на компьютере легко и Библию почитать, и порнографию посмотреть. Реальный критерий всегда есть, если мы говорим о христианском отношении к людям и христианской любви. Именно любовь должна быть в основе, а не власть: вот я так хочу…
 
Именно любовь должна быть в основе, а не власть: вот я так хочу
 
— Вас не пугает опасность, что мы, христиане, исходя из благих намерений, будем развивать работу против домашнего насилия, а потом люди, которые преследуют иные цели, воспользуются нашими трудами? Недаром в церковной среде есть точка зрения: не надо вмешиваться в дела семьи.
 
— Так раньше и было: нет тела — нет дела. Когда убил, тогда начинаем кричать: ай-яй-яй! Вот побивал муж жену, она приходила и плакалась священнику: «Что делать, батюшка, он меня бьёт?!» В какой-то момент муж не рассчитал силу, толкнул жену, она неудачно упала и получила смертельную травму. Тот не собирался её убивать, но… «так получилось». Отца посадят, мать — в могиле, а дети — в детском доме…
 
— Как же в этом деликатном деле, помогая, не навредить?
 
— Проблема в одном: человек просто не знает, что можно вести себя по-другому. Насилие говорит о слабости: ты лупишь ребёнка, ибо тебе не хватило слов, терпения, сил. Почему мы пишем в названии проекта «профилактика и предотвращение»? Показываем образец — вот к чему надо идти. Но не заставляем, а даём упражнения, чтобы вырвать человека из «колеи», в которой он находится по привычке, чтобы начал думать и анализировать своё поведение, а не «катиться» по инерции. Мы решили не ограничиваться только профилактикой и предотвращением насилия, но и показывать образец здоровых отношений, давать соответствующие рекомендации, методики для укрепления семьи и создания благоприятного домашнего климата.
 
— Есть ли приоритеты по возрасту, с какой аудиторией лучше работать?
 
— Нет. Тема актуальна для всех возрастов. Подросткам, начинающим встречаться, строить отношения с противоположным полом, молодым людям, которые ещё будут вступать в брак, она однозначно нужна. В семинарах участвовали и пары с серьёзным опытом семейной жизни; им тоже было очень полезно.
 
— Но придут ли на семинары те, кому действительно нужно? И как лектору дойти до аудитории, которой необходим разговор о домашнем насилии?
 
Нельзя помочь тому, кто этого не хочет
 
Антонина Банько: Нельзя помочь тому, кто этого не хочет. У него обязательно должно быть желание что-то менять в своём поведении. В Минский городской центр обслуживания семьи и детей через участковых поступает статистика о фактах бытового насилия. Специалисты этого центра обязаны позвонить в каждую семью и предложить им услуги психологической помощи — частная консультация, групповая работа. Так вот из тех, кого они обзванивали, к сожалению, мало кто откликнулся на это предложение…
 
В государстве серьёзно поставлена работа с семьями в социально опасном положении, — вспомним Декрет № 18 «О дополнительных мерах по государственной защите детей в неблагополучных семьях». Педагоги, психологи, участковые идут в семьи, пытаются образумить родителей, предлагают варианты помощи, лечения от алкоголизма. В одних случаях люди приходят в себя, меняют поведение, устраиваются на работу, в других — увы...
 
— Но насколько продуктивно вмешательство госструктур, не есть ли это нечто искусственно навязанное?
 
— Опять же, должны быть предоставлены право выбора и доступ к информации: где, какие организации и какого рода помощь оказывают. Но человек делает выбор сам; мы не можем за него прожить жизнь. Не все жертвы насилия готовы меняться. То же — и с агрессорами. Если работать только с жертвами, искомого результата не будет.
 
Елена Зенкевич: В некоторых странах, когда человека уличили, что он агрессор, ему предлагают либо выплатить большой штраф, либо тюремное заключение, либо посещение психотерапевтической группы. Они предпочитают в тюрьме сидеть, нежели ходить к психотерапевту и что-то менять.
 
Антонина Банько: Но среди тех, кто ходит, по статистике, меньше повтора случаев агрессии. У нас, в Беларуси, разработана национальная модель комплексной работы с мужчинами-агрессорами, есть подготовленные специалисты.
 
На самом деле, надо продолжать работу
 
Елена Зенкевич: Наши наработки можно внедрять на беседах с венчающимися. К печатному пособию мы прилагаем DVD-диск, где собраны готовые презентации, видеоролики. Но то, что мы сделали за три года, — капля в море. На самом деле, надо продолжать работу. Готовность людей получать нужную информацию есть, но нет ресурсов для её распространения.
 
Тот же приют для жертв насилия в Лиде… Не увидели мы движения навстречу со стороны государства. У нас главный расход — аренда помещения; и мы ещё за это платим налог. Нам обещали помещение, поддержку, однако не получили их. Будем временно закрываться, пока не построим собственное помещение.
 
— Исходя из накопленного опыта, какие методы работы будут более эффективны — публикации в СМИ, издание пособий, лекции в учебных заведениях?
 
— Если говорить о КПД, об усвоении материала и применении тех навыков, которым пытались научить, то работа в малых группах наиболее эффективна. Но группы — это маленький охват. Наша идея была — обучить сестёр милосердия, церковных социальных работников, чтобы они уже дальше работали на местах. Например, обучили сто человек, а они у себя на месте начали работу ещё со ста человеками, и так далее...
 
Беседовала Елена НАСЛЕДЫШЕВА
Поделиться с друзьями:
Подписка на журнал "Врата Небесные"