Проверьте ваш почтовый ящик! Check your mailbox!
Сегодня

19 ноября: преподобного Варлаама Хутынского ...

Содержание
Главная Nota Bene! Задать вопрос священнику Словарь Православия Фотогалерея История Церкви Сестринское служение Иконы Богородицы Память угодников Божиих
Дарога да святыняў Ютубканал
Архив Dei Verbo Контакты
Рекомендуем


Духовная дипломатия Михаила Моргулиса


В детстве с каждым из нас происходят удивительные вещи, которые потом, во взрослой жизни, мы вспоминаем с особой теплотой. У писателя, политолога, издателя, дипломата и почётного консула Беларуси в США Михаила Моргулиса в детстве было множество удивительных случаев, но лишь один он сегодня вспоминает с особым трепетом — игру с ребятами в футбол и то, как мяч после его удара нечаянно угодил прямо в голову… священника. Тот даже упал. Было это в Киеве в далёком советском детстве, и было это для мальчика Миши, можно сказать, — первым знакомством с духовной жизнью. Батюшка тогда не разозлился, не поругал футболиста, а, наоборот, улыбнулся, взял мяч, отдал испуганной ребятне и сказал: «Ничего страшного, дети, играйте. В жизни есть вещи гораздо страшнее».
 
Мяч после его удара нечаянно угодил прямо в голову священника 
Поведение священника стало примером для Михаила Зиновьевича в том, как вести свою общественную, политическую и писательскую деятельность.
 
Вопросов сегодняшнему гостю Православного портала DeiVerbo можно задать много, он человек разносторонний и, как сам о себе говорит: «Меня трудно назвать одним словом, пытаюсь быть по-современному универсальным — всем и вся».
 
Обо всём, конечно, поговорить не получится, а вот остановиться на духовной дипломатии и пути к Богу попробуем.
 
— И первый вопрос, Михаил Зиновьевич, о вашей десятой книге «Один на один с жизнью», которая недавно вышла в Беларуси. О чём она?
 
— Это — книга-воспоминание, книга о жизни… Предисловие к ней написал великий русский поэт Евгений Евтушенко. Это последнее предисловие, написанное им при жизни. Три года перед его смертью мы особенно крепко дружили и очень много общались на духовные темы. Десятая книга начинается как раз с воспоминания о встрече со священником. Это было время Советского Союза и закрытых храмов, но возле моего дома в Киеве Свято-Никольская церковь не закрывалась. Правда, богослужений в ней не было, но священник туда ходил. Не помню, как его звали…Встреча меня настолько впечатлила, что сегодня, глядя на «вещи гораздо страшнее», я пытаюсь сохранить тот мир, то отношение к проблеме, которые были у батюшки из моего детства.
 
— Как вы познакомились с Евгением Евтушенко?
 
— Я его знал как великого поэта, читал. Он тогда преподавал в университете и как-то сам на меня вышел. Стали общаться. Он часто приезжал ко мне в гости во Флориду, где я сейчас живу. Возле моего дома есть часовня, которую я построил, вот там он и останавливался с женой Машей. Служб в этой часовне нет, туда просто приходят люди побыть наедине с собой, пообщаться с Богом. Там гостевой дом, где всегда рады друзьям. А друзей у меня много. Один из них — молдавский художник Александр Макавей. В часовне много его картин на библейские темы. Это уникальные работы, и они есть только в нашей часовне.
 
С Евгением Евтушенко мы проводили поэтические встречи в Америке, был я на его творческом вечере в Москве в концертном зале имени Чайковского, организовывал его встречу с Президентом Беларуси Александром Лукашенко. Помню, Евтушенко хотел почитать стихи Александру Григорьевичу, но забыл свои старые очки, так белорусский Президент подарил ему новые.
 
С Евгением Евтушенко мы проводили поэтические встречи 
— Вы член союза писателей Украины, живёте и пишете в Америке… Там тоже в Союзе?
 
— В Америке нет Союза писателей, там этому не придают такого значения, как на постсоветском пространстве, но американцы много читают, правда, в основном в Интернете. А в Сети сами знаете, как пишут — кратко, тезисно, эскизно… Я ничего не имею против краткости, она ведь сестра таланта, но краткость должна быть грамотной и со смыслом. Хотя сейчас интерес к книге начинает возвращаться. И я уверен, что он вернётся, потому что книга — для умных людей.
 
— Вы автор таких сборников прозы, как «Сны моей жизни», «Притча о добром самаритянине», «Крест и Любовь», «Что самое страшное?» и многих других. А вот стихи не пробовали писать?
 
— Я чётко понимаю, что стихи — это не просто зарифмованные строчки: розы, морозы, слёзы, мимозы. Стихи — это состояние души, то, что приходит свыше. Есть стихи, которые запоминаются на всю жизнь, например, как у Евтушенко: Дай, Бог, чтобы моя страна меня не пнула сапожищем. Дай Бог, чтобы моя жена меня любила даже нищим.
 
— Одна из ваших книг называется «Тоска по раю». О чём она?
 
— Это маленький роман о любви. В книге прослеживается идея о том, что каждый человек осознанно или неосознанно мечтает восстановить утерянную связь с раем, из которого мы были изгнаны. В книге говорится о любви мужчины и женщины и о том, как она преображается с присутствием Бога. Вообще все мои произведения вымышленные, но всё же, как и у любого автора, есть частичка себя, своих переживаний, своего отношения к жизни и своего поиска рая.
 
Михаил Моргулис «Тоска по раю» 
— Трудно ли писать монументально?
 
— Я не думаю о трудностях… Правда, мне все мешают. Как бы вроде и не препятствуют физически, но своим присутствием мешают и даже самые близкие люди, даже жена может мешать, дети. У меня, кстати, трое детей — дочка и два сына. Один сын кинорежиссёр, получил премию «Эмми».
 
— Как вы пишете? Уезжаете куда-то или ночью?
 
— В основном ночью. У меня отдельный кабинет есть. Я сова. Но после того, как мне сделали операцию на сердце, я стал слабее. А до этого сидел до 3-4-х утра.
 
— И сколько за это время можно написать?
 
— Гораздо больше, чем я написал. Просто параллельно занимаешься другими делами. Вот сейчас, если Бог даст, хочу дописать книгу «Танец одинокого волка», отобразить в ней своё видение жизни, человека изнутри, а не человека в маске. Ведь все мы одеваем маски. Внутри мы другие. Есть уже наброски, которые я делал в самолётах, в ресторанах на салфетках.
 
В этой книге я хочу сказать о том, что человек — руководитель той жизни, которую создал Бог, но руководит он ужасно плохо, истязает себя войнами, кровью. Научился красиво говорить о любви, но слова зачастую пусты. Ни в одной церкви мира вы не услышите призывов о крови, насилии, но всё это происходит. Почему?..
 
Почему мы продолжаем жить и тосковать по раю? Биологически плоть в нас сильная, а душа осталась такая, как во времена Моисея, во времена Христа. Сегодня мы кричим «Слава Тебе, слава Тебе», а завтра — «Распни Его, распни».
 
— Бывает такое состояние, что тянет писать, или приходится заставлять себя?
 
— Писательство — это ремесло. Я даже не задумывался: «заставляю», «не заставляю». Мне кажется, это внезапное ощущение, которое нужно выразить, записать, чтобы не забыть. Это озарение. Сел писать — и оно пишется. Часто я и сам не знаю, чем закончится произведение. Считаю, что это Бог даёт такие вспышки озарения, когда ты пишешь.
 
Духовная дипломатия Михаила Моргулиса 
— В 1990 году вы создали фонд «Духовная дипломатия». Что это за движение?
 
— Концепция «Духовной дипломатии» — остановить конфликты в мире (военные, религиозные, конфликты между странами и внутри стран), но не с помощью традиционных дипломатических методов, а с помощью духовных ценностей конфликтующих сторон.
 
Вот, например, во Вьетнаме была полугражданская война, противостояние буддистов, христиан, мусульман. Мы брали Коран, Библию, Трипитаку и находили в них места, которые говорили о мире, любви, примирении. В итоге получилось достичь успеха и не допустить кровопролития. Бывают, конечно, и неудачи, не до всех наши доводы доходят. Даже братские народы порой трудно примирить, что уже говорить о людях разных религий и культур. Самое трудное — общаться с мусульманами, потому что у них другая диалектика, и разные мусульмане придерживаются разных сур Корана. Например, террористы опускают моменты, в которых говорится о любви. Для них убить неверного — не грех. У нас в Ветхом Завете тоже есть моменты «око за око», но мы ведь не живём по нему, мы опираемся на Новый Завет, который оставил Христос, на любовь, которой учит Евангелие.
 
— Ещё вы создали организацию «Христианский мост». Чем она отличается от «Духовной дипломатии»?
 
— Цель «Христианского моста» — устанавливать между странами мосты любви, мосты доверия. Одно из главных направлений деятельности — просвещение. Мною было создано «Славянское христианское издательство», и я был его главным редактором. Мы напечатали около 15 миллионов книг, включая «Библию», «Новый Завет». Занимались переводами на русский язык, как мне казалось, лучших писателей мира, издавали их книги. Перевели 114 авторов.
 
Мы пытались наладить мир в Чечне, были там много раз. Посещали Беслан, Грозный, другие горячие точки. Не везде нас радостно встречали, бывало, наставят пистолет и спрашивают: что вам здесь нужно. Не понимают, что мы приехали из-за любви к детям, которым хотим помочь, поддержать в трудный период жизни. Мы помогаем многим сиротам и не только в зоне боевых действий. В Беларуси, например, посещали дома-интернаты в Гомеле, Червене, Ивенце. Сейчас я хочу поддерживать более бедные детские дома, а ещё, если Бог даст, думаю построить две церкви — в Москве и Киеве, хочу, чтобы в них говорилось о мире, примирении, братской любви.
 
Почётный консул Беларуси в США Михаил Моргулис 
— Какую часть вашей жизни занимает благотворительность?
 
— Довольно большую. Конечно, всем помочь нельзя, нуждающихся очень много. Вот сейчас помогаем мальчику из Луганска, которому оторвало снарядом две ноги и руку. Я помогаю и Украине, и Беларуси, и России. Благотворительность нужна не для того, чтобы Бог тебя простил, а для того, чтобы ты показал своё отношение к Богу через любовь к человеку, ведь вера без дел мертва.
 
— Есть люди, которые Америку называют бездуховной и безнравственной страной с главенствующей религией «деньгомания» или «нам никто не указ». Какую бы вы дали религиозную характеристику стране?
 
— Америка — многоконфессиональная страна с преобладанием протестантизма. Наше правительство не ведёт официальной статистики по религии. По данным «Всемирной книги фактов ЦРУ» на 2018 год: 46,5% населения США — протестанты, 20,8% — католики, 1,6% — мормоны, 0,9% — члены других христианских конфессий, 1,9% — иудеи, 0,9% — мусульмане, 0,8% — иеговисты, 0,7% — буддисты, 0,7% — индуисты, 1,8% — другие, 22,8% — не относящиеся ни к одной религиозной группе.
 
В Америке церковь не только место религиозных встреч, это инструмент участия в социальной жизни страны. У нас 125 христианских университетов и колледжей.
 
Америка — универсальная страна. Она борется за права каждого человека, но не хочет повторить ошибку Европы, разрешить въезд людей, для которых закон шариата важнее законов страны.
 
Я считаю: Бог не делит людей по Церквям, а любит всех одинаково. Это люди разделили Церкви. Самая главная наша проповедь — не то, что мы говорим, а то, что делаем. Убиенный священник Александр Мень учил, что церковь — это место, где человек должен встречаться с Богом. А у нас зачастую люди приходят в храмы (разных религий), чтобы встречаться друг с другом. Потому какими приходят в Дом Божий, такими и уходят. Но всегда в любой конфессии есть отдельные люди — праведники. На них и стоит земля. Они делом доказывают любовь к Богу и людям, не ходят и не кричат об этом. Трудно жить по заповедям, но мы должны к этому стремиться. Как говорил апостол Павел в послании к Римлянам: «Все согрешили и лишены славы Божией и нет ни одного праведного среди вас» (см. Ин. 3: 10, 23), но это не значит, что все мы погибнем и не получим Божиего прощения.
 
И пусть Господь помогает всем читателям портала 
— Каково Православие в Америке?
 
— Православных не очень много. Исторически так сложилось, что Православная Церковь состояла из людей, которые были против коммунизма.
 
Сейчас в США действует частично признанная Поместная Православная Церковь, получившая автокефалию от РПЦ в 1970 году. Также действует ряд православных церковных структур иных юрисдикций, самые крупные — Американская архиепископия и Украинская Православная Церковь в США Константинопольского Патриархата, Патриаршие приходы в США и Русская Православная Церковь за границей (РПЦЗ).
 
Всего в Америке, согласно подсчётам социологов, более миллиона православных верующих. Среди юрисдикций Константинопольского Патриархата действуют: Греческая Американская архиепископия, Американская Карпаторосская православная епархия, Викариатство палестино-иорданских общин. Также открыты для верующих храмы Антиохийской Православной Архиепископии Северной Америки, Сербской Православной Церкви, Румынской Православной архиепископии, Болгарской православной епархии, грузинские и албанские церкви.
 
Сейчас для тех, кто ищет Бога, много путей, возможностей. Главное, чтобы человек захотел…
 
— Спасибо, Михаил Зиновьевич, за интересную беседу. Творческих успехов.
 
— И вам спасибо. И пусть Господь помогает всем читателям портала.
Беседовал Димитрий АРТЮХ
Фото Екатерины ФОРОНДА и из свободного доступа в Интернете
17.10.2019
Поделиться с друзьями:
Подписка на журнал "Врата Небесные"